В Дубае под занавес года провели показательный теннисный матч в формате «Битвы полов», который заранее позиционировали как одно из самых ярких шоу межсезонья. На корт вышли первая ракетка мира среди женщин Арина Соболенко и финалист Уимблдона, давно не выступавший на турнирах, австралиец Ник Кирьос. Организаторы явно рассчитывали на отголосок легендарного противостояния Бобби Риггса и Билли Джин Кинг в 1973 году, однако по накалу и смысловой нагрузке дуэль в Дубае до исторического матча не дотянула, а в итоге вызвала шквал критики.
С первых минут было понятно, что перед зрителями не классический поединок, а развлекательное шоу. Соболенко появилась на корте в блестящем плаще под легендарный трек Eye of the Tiger, много улыбалась, танцевала во время пауз и активно взаимодействовала с трибунами. Кирьос, известный своей любовью к шоу, в привычной манере играл на публику: лениво двигался, часто смягчал удары и явно не выкладывался полностью, подстраиваясь под формат мероприятия.
Дополнительно к этому организаторы ввели нестандартные правила, еще сильнее подчеркивающие шоу-составляющую. Поле, на котором действовала Соболенко, было уменьшено примерно на 9 процентов, у игроков не было права на вторую подачу, матч ограничили двумя сетами, а в случае равенства по партиям планировался десятиочковый тай-брейк. В итоге Кирьос довольно уверенно победил в двух сетах — 6:3, 6:3, а встреча так и не превратилась в полноценный соревновательный матч.
Многие эксперты и действующие игроки назвали формат сомнительным. Одним из первых высказался 12-й номер мирового рейтинга Каспер Рууд. По его мнению, если уж устраивать поединок в духе «Битвы полов», условия для соперников должны быть максимально честными и понятными. Норвежца особенно смутило различие в размере корта и отсутствие второй подачи, что, по его словам, изначально делало игру «ненастоящей» и скорее экспериментом, чем полноценным теннисным матчем.
Скептически отнесся к мероприятию и бывший четвертый номер мира, британец Грег Руседски. Он признался, что идея его изначально заинтересовала, но конечный результат оставил чувство разочарования. Руседски назвал дуэль в Дубае «обычным выставочным матчем без особого смысла» и выразил сомнение, что подобные шоу помогают развивать теннис. Особое раздражение у него вызвали подачы из-под руки, многочисленные трюковые удары и нарочитая несерьезность происходящего.
Еще более жестко высказался экс-тренер Григора Димитрова Роджер Рашид. Он подчеркнул, что классический поединок Билли Джин Кинг и Бобби Риггса был важным социальным манифестом и ярким шагом в борьбе за равные права, тогда как дубайский формат, по его мнению, был продиктован в первую очередь коммерческими интересами. Рашид заявил, что не видит в таком шоу выгоды для женского тенниса вообще и для первой ракетки мира в частности, и назвал участие Соболенко в подобном проекте «оскорбительным» для женской части тура.
При этом не все отзывы были исключительно негативными. Немка Ева Лис, занимающая 40-е место в рейтинге, призналась, что испытывает противоречивые чувства. С одной стороны, она понимает, что формат далек от классического спорта, с другой — считает важным, что в женском теннисе есть яркая личность вроде Арины Соболенко, готовая идти на нестандартные шаги. Лис отметила, что подобные матчи — это, безусловно, большой пиар-ход, призванный привлечь к теннису тех, кто обычно за ним не следит.
Лис также подчеркнула, что именно дуэт Соболенко и Кирьоса идеально подходит для такого формата: оба любят внимание, обладают харизмой и не боятся экспериментировать. По ее словам, к подобным мероприятиям следует относиться с долей скептицизма, но и не драматизировать ситуацию: в других видах спорта показательные матчи давно стали нормой, и их не воспринимают как угрозу профессиональному уровню.
Критика, однако, не осталась без ответа. После матча Арина Соболенко открыто вступилась за идею «Битвы полов». Белоруска призналась, что удивлена тем, как многие сумели увидеть в этом событии что-то негативное. По ее словам, она сама осталась довольна своим уровнем игры, называла матч зрелищным и отметила, что счет 3:6, 3:6 никак не является «разгромным без шансов», о котором писали некоторые комментаторы.
Соболенко сделала акцент на том, что главная цель дуэли была не в том, чтобы доказать превосходство одного пола над другим, а в привлечении внимания к теннису как к зрелищному продукту. По ее словам, за поединком следили известные спортсмены, деятели культуры и бизнеса, многие из них лично писали ей слова поддержки и обещали смотреть матч. Арина уверена, что благодаря этому шоу интерес к теннису только вырос, а событие по уровню организации и масштабу внимания не сильно уступало финалам крупнейших турниров.
Ник Кирьос, в свою очередь, отреагировал на критику в привычном стиле. Австралиец подчеркнул, что воспринимает себя как игрока-шоумена и не претендует на роль «главной звезды тура». Он заявил, что уверен в историческом наследии Соболенко — по его словам, Арина войдет в историю как одна из величайших теннисисток, тогда как он сам запомнится болельщикам как спортсмен, который умел развлекать публику по всему миру. Кирьос призвал зрителей «просто расслабиться и наслаждаться» и добавил, что им с Ариной важнее делать зрелищные события, чем слушать недовольные комментарии.
Отдельного внимания заслуживает контекст подобного формата. «Битвы полов» всегда вызывают бурную реакцию, потому что неизбежно затрагивают чувствительную тему сравнения мужского и женского тенниса. В классическом туре давно известно, что скорость подачи, мощность ударов и общая атлетичность у мужчин и женщин различаются, и прямое сравнение по спортивным показателям часто выглядит некорректно. Поэтому организаторы стремятся создать особые условия — вроде уменьшения корта или изменения правил подачи, — но именно это и вызывает претензии к «честности» эксперимента.
Еще один важный момент — позиция самих игроков. Для них подобные матчи — возможность попробовать себя в непривычных условиях, выйти за рамки стандартного календаря и немного «перезагрузиться» эмоционально. Особенно это актуально в межсезонье, когда тренировочный процесс нередко кажется рутинным. Показательные встречи дают шанс пообщаться с болельщиками ближе, чем в жестком турнирном расписании, и показать свою личность, а не только результаты.
Женский теннис в последние годы активно борется за внимание аудитории наравне с мужским. Медиа, спонсоры и организаторы турниров все чаще делают ставку не только на спортивные результаты, но и на личные бренды игроков. В этом смысле участие первой ракетки мира в громком шоу — это логичный шаг с точки зрения маркетинга. Соболенко демонстрирует готовность выходить за рамки классического образа «закрытой спортсменки», что помогает расширять аудиторию и привлекать к WTA-туру новых зрителей.
Критики же опасаются, что подобные форматы могут укреплять стереотипы: мол, даже лучшая теннисистка мира не может на равных конкурировать с топовым мужчиной, пусть даже с давно не игравшим и далеким от пика формы. Однако сторонники шоу отвечают, что большинство зрителей и так понимают разницу в физической подготовке, а сама по себе демонстрация совместной игры не должна восприниматься как попытка «доказать превосходство» одной стороны. Напротив, это можно рассматривать как способ показать теннис в другом ракурсе — как развлечение, где важны атмосфера и эмоции, а не только счет.
Нельзя не учесть и то, что само понятие «показательный матч» подразумевает отсутствие турнирных очков, рейтингового давления и жесткой тактической дисциплины. В таких условиях игроки чаще рискуют, импровизируют, позволяют себе нестандартное поведение. Для кого-то это выглядит неуважением к спорту, для других — глотком свежего воздуха по сравнению с порой излишне формализованным туром.
В перспективе подобные «Битвы полов» могут эволюционировать. Уже сейчас звучат предложения выравнивать условия более аккуратно: например, делать микст-пары, менять формат геймов, вводить гандикапы не только по размеру корта, но и по стартовому счету или времени на розыгрыш. Некоторые эксперты уверены, что при более продуманной формуле подобные шоу могли бы стать регулярной частью календаря и действительно приносить пользу, а не только скандальные заголовки.
В истории тенниса неоднократно проводились матчи, которые поначалу воспринимались как эксперимент или даже фарс, а затем становились частью традиции. Формат укороченных сетов, тай-брейки, командные выставочные турниры — все это однажды тоже вызывало споры. Не исключено, что и нынешние «Битвы полов» со временем найдут свою нишу, если организаторы и участники будут внимательнее относиться к балансу между шоу и спортивным содержанием.
Случай с Соболенко и Кирьосом наглядно показал, насколько чувствительной остается тема статуса женского тенниса. Любое событие с участием первой ракетки мира автоматически воспринимается как заявление, и потому вызывает повышенное внимание. Арина, приняв участие в матче и затем открыто защитив его идею, фактически обозначила свою позицию: она видит в подобных форматах шанс расширить аудиторию, а не угрозу для собственного статуса или женского тура в целом.
В итоге «Битва полов» в Дубае стала не столько спортивным событием, сколько поводом для широкой дискуссии о том, каким должен быть современный теннис: строгим и «правильным» или готовым к экспериментам и развлечениям. Ответ на этот вопрос, судя по реакции, по-прежнему неочевиден. Но одно ясно точно: имя Арины Соболенко, как и Ника Кирьоса, еще надолго останется в центре разговоров о том, как совмещать большой спорт и шоу, не теряя уважения ни к игре, ни к зрителю.